Активность крайне правых в Италии
В 1922 году, когда произошел знаменитый «поход на Рим», фашизм был еще очень слаб. Член руководства ИКП Джорджо Амендола в своей автобиографической книге «Жизненный выбор» саркастически описывает приход чернорубашечников к власти: «...фашистские демонстранты являли собой жалкое зрелище: потасканного вида сброд пьяными голосами горланил «Джовинеццу». Если бы король захотел, армия без труда разогнала бы эту публику. Но верховное командование посоветовало ему сдаться, и теперь на балконе Квиринальского дворца король Виктор-Эммануил стоял рядом с одетым в черную рубашку Муссолини».
Король не захотел... Не захотели этого и те, кто стоял у рычагов государственной власти в Италии: крупная буржуазия, фабриканты, земельные бароны Юга. Они рассчитывали, что банды фашистов помогут им «обуздать чернь», навести в стране порядок, запугать левых. Думается, что и нынешние фашисты во главе с Альмиранте имеют возможность «резвиться» на политической арене по этой же причине. Они нужны власть имущим как резервный ударный отряд против левых.
Активность крайне правых в Италии — отражение хронической политической нестабильности, панического страха власть имущих перед усилением левых сил. Пока можно держать рабочих в узде при помощи традиционных «демократических» методов—отлично! Но вдруг игра в демократию доведет—упаси бог!—до того, что власть ускользнет из рук? Тогда как нельзя кстати окажутся благообразный господин в двубортном пиджаке и его молодчики с дубинками и велосипедными цепями, которые при необходимости можно быстренько поменять на автоматы.
Не случайно фашистский террор усиливается всякий раз, когда на выборах левые, коммунисты продвигаются вперед. Правда, власть имущие, ослабляя поводок, на котором они держат чернорубашечников Альмиранте, рискуют, что те сорвутся с цепи, как это произошло и с Муссолини, и с Гитлером. Но видимо, ненависть к «красным», замешанная на классовых дрожжах, сильнее, чем чувство самосохранения. Да и, казалось бы, чем может быть опасен этот респектабельный господин в элегантном двубортном пиджаке, с аккуратно подстриженными усиками и плавными жестами? Верно, но ведь и Гитлер и Муссолини тоже не сразу появились на публике в военных мундирах.